воскресенье, 17 мая 2015 г.

Frank Farian дал интервью нескольким ведущим СМИ





На фоне последних скандальных подробностей вокруг проекта MILLI VANILLI немного отошла в сторону тема 40-летия Boney M., - главного музыкального детища продюсера Фрэнка Фариана (Frank Farian).
Однако в течение последнего месяца целый ряд ведущих СМИ Германии, Австриии и Швейцарии опубликовали материалы, посвящённые юбилейным торжествам. Помимо Boney M. журналистов, конечно, интересовали и другие вопросы, связанные с многолетней карьерой самого успешного европейского продюсера, не счету которого более 850 миллионов проданных собственных записей и работ его артистов.
Швейцарский портал Bluewin.ch 5 мая обнародовал очередное интервью с ведущим творцом европейской поп-истории.

Звёздный продюсер Фрэнк Фариан о возвращении Boney M., споре с Дитером Боленом и почему Беатрис Эгли не должна стыдиться своей музыки.

К 40-летию Boney M. Фрэнк Фариан опубликовал их новый альбом с лучшими хитами и новыми песнями. Группа вновь регулярно появляется на телевидении, в частности, в шоу "Hello Again".

Корр.: Как вы думаете, это можно рассматривать как возрождение популярности?

Фариан: Музыка Boney M. уже не принадлежит какому-то определённому времени. Есть мелодии, которые не забываются и до сих пор приносят много радости людям. Это высокое искусство: писать композиции, которые остаются в памяти.
Boney M. - не просто группа. Это сочетание грамотного продюсирования, запоминающейся лирики, мелодий и броского имиджа. Союз всех перечисленных факторов стал залогом успеха. Мой голос и ноги Бобби делали эту комбинацию непобедимой.

Корр.: Однако много похвал от критиков вы не получили. Наоборот, они постоянно атаковали вашу музыку.

Фариан: Это всегда так было. Когда 40 лет назад я записал первую песню для Boney M. "Baby Do You Wanna Bump?", критики пытались превзойти друг друга в  уничижительных выражениях по отношению ко мне. Тогда даже буква "М" стала предметом атак. "М" - это всё что угодно, только не музыка, - утверждали они (смеётся).

Корр.: Разве вам это не причиняло боль?

Фариан: Поначалу возможно. Но я всегда знал, что со мной всё будет в порядке касательно бизнеса.
Я композитор, лирик и трудоголик, но на сцене не мог сделать карьеру, поскольку был довольно неприметным типом с кривым носом. Мне всегда приходилось работать тяжелее, чем другим, чтобы воплотить свои музыкальные задумки и за прошедшие годы мне многое удалось.
Что пишут критики, меня не волнует. Мой главный барометр - это аудитория.

Корр.: Каковы ваши взаимоотношения с Дитером (Боленом), с которым вы вступали в публичное противостояние?

Фариан: Было дело, но этот вопрос журналистам надо бы хоть иногда откладывать в сторону.
Он вёл себя как самовлюблённый глупец и я сказал всё что о нём думаю.
Дитер всегда говорил, что я был для него образцом для подражания. Но потом он выпустил книгу "За кулисами", где оскорбил и меня и многих своих друзей. Всё лишь ради того, чтобы хорошенько подзаработать.
Сейчас он для меня безразличен. Человек зарабатывает на телевидении, но с музыкальной точки зрения это уже неинтересно.

Корр.: Что вы думаете о какстинг-шоу "Суперзвёзд"? Слышали о швейцарской певице Беатрис Эгли?

Фариан: Я слишком мало знаю об этом, чтобы судить. Но вы должны понимать, что о "суперзвёздах" здесь речи не идёт. "Роллинги", Удо Юргенс, Питер Маффай - это суперзвёзды.
Но в этих кастинг-шоу производятся одни поделки, - зато RTL и Болен потирают руки.

Корр.: Да, но успех Эгли на поп-сцене продолжается до сих пор.

Фариан: Значит она что-то делает правильно. Я всегда говорил, что сложнее всего писать простую музыку. Если вы считаете, что написать поп-хит легко, то почему это получается далеко не у всех?
Гораздо проще написать "заумную" длинную песню с "многозначительными" паузами и сложной последовательностью нот, чем простую мелодию, которая врезается в память. На самом деле за этим стоит много работы.

Корр.: Многие из ваших групп имели проблемы с наркотиками, но вы  - никогда. Это как-то связано с немецкой дисциплиной и ответственностью?

Фариан: Любопытное умозаключение (смеётся). Это правда, я держался подальше от таких вещей. Возможно это в определённой степени связано с немецкой дисциплиной. Я предпочитал иметь здравый рассудок, работая в студии. Потому что я был боссом и на мне всегда лежал груз ответственности. Особенно когда приходится работать по 16 часов в сутки.

Корр.: Для MILLI VANILLI проблема с наркотиками закончилась плохо. Роб Пилатус умер от передозировки.  

Фариан: У него была проблема с кокаином. Успех вскружил Робу и Фабу головы. Они вдруг решили, что могут петь сами и сделали "секс-наркотики-рок-н-ролл" образом жизни.
С Робом всё получилось особенно трагично. Я вытащил его из тюрьмы и дал денег на лечение и пропитание. К сожалению, он всё потратил на кокаин.           
На следующий день я нашёл его мёртвым в гостиничном номере.

Корр.: Вы сказали, что MILLI VANILLI - хорошая тема на таможне. Как насчёт Boney M.?

Фариан: Это верно. Когда я спешу пройти таможенный контроль, они всегда задают мне вопрос, с какой целью я прибыл (в США - ред.). Когда я представляюсь продюсером MILLI VANILLI, все проблемы сразу отпадают, но зато все таможенники хотят поболтать на эту тему. С Boney M., к счастью, проблем вдвое меньше.

Frank Farian im Interview: «Beatrice Egli macht etwas richtig»

Star-Produzent Frank Farian über das Comeback von Boney M., seinen Zoff mit Dieter Bohlen – und warum sich Beatrice Egli für ihre Musik nicht schämen muss.

Frank Farian, Boney M. haben zum 40-Jahr-Jubiläum ein Best-Of-Album mit neuen Songs veröffentlicht und die Band ist – wie bei «Hello again» – wieder regelmässig am TV zu sehen. Woher kommt Ihrer Meinung nach diese ungebrochene Popularität?

Boney M. stehen nun mal für zeitlose Musik. Es sind Melodien, die bis heute unvergessen sind und die den Leuten immer noch sehr viel Freude bereiten. Das ist die hohe Kunst: Songs mit Melodien zu schreiben, die bleiben. Bei Boney M. hat aber auch das Gesamtpaket gestimmt. Der Look, die Performance, die Texte und Lieder – da hat einfach alles perfekt zusammengepasst. Meine Stimme und Bobbys Beine, diese Kombination war unschlagbar.
Viel Lob von Kritiker haben Sie nie erhalten. Im Gegenteil – man hat Sie für Ihre Musik oft angegriffen.

Das war schon immer so. Seit ich vor vierzig Jahren mit «Baby Do You Wanna Bump» den allerersten Song für Boney M. geschrieben hatte, haben sich die Kritiker mit Verrissen über mich gegenseitig zu übertrumpfen versucht. Es hiess damals sogar, das «M» bei Boney M. stehe für alles – nur nicht für Musik. (lacht)
Hat Sie das verletzt?

Anfangs vielleicht. Aber ich wusste immer, dass mir der Erfolg eines Tages recht geben würde. Ich bin ein hart arbeitender Komponist und Texter, als Star hätte ich nicht Karriere machen können. Ich war eher der unauffällige Typ, und meine schiefe Nase will auch keiner sehen. Aber ich habe immer härter gearbeitet als andere, und mit den Jahren habe ich auch meine musikalische Visionen umsetzen können. Ob das die Kritiker toll fanden, war mir egal. Das Publikum ist für mich der Gradmesser.
Da liegen Sie auf einer Linie mit Dieter Bohlen, mit dem Sie öffentlich Zoff hatten.

Ja, aber diese Sache sollte man auch mal ruhen lassen. Er hat sich verhalten, wie er das offenbar gut findet – und ich habe gesagt, was ich von ihm halte. Dabei habe ich ihn früher durchaus geschätzt. Er hat immer gesagt, dass ich sein Vorbild sei. Aber dann hat er «Hinter den Kulissen» geschrieben und mich und viele seiner Freunde beleidigt, damit er möglichst viele Bücher verkaufen kann. Mir ist er inzwischen egal. Er verdient sein Geld im Fernsehen. Von einem musikalischen Standpunkt ist er nicht mehr interessant.
Was halten Sie von seinen TV-Superstars, zu denen auch die Schweizerin Beatrice Egli gehört?

Kenne ich zu wenig, um es beurteilen zu können. Aber man muss sehen, dass von Superstars keine Rede sein kann. Die Stones, Udo Jürgens, Peter Maffay, das sind Superstars. In dieser Show werden nur Eintagsfliegen produziert – und Bohlen und RTL reiben sich die Hände.
Egli hat mit Schlagermusik bislang anhaltenden Erfolg.

Dann macht sie etwas richtig. Ich habe immer gesagt, dass einfache Musik die schwierigste Musik ist. Wenn es so einfach wäre, Hits zu schreiben – warum macht es dann nicht jeder? Es ist viel einfacher, einen ellenlangen Song mit vielen Breaks und schwierigen Tonfolgen zu schreiben als eine simple Melodie, die sofort ins Ohr geht. Dahinter steckt viel Arbeit.
Viele Ihrer Bands hatten Probleme mit Drogen, Sie nie. Waren Sie zu deutsch und diszipliniert dafür?

Das ist eine interessante Einschätzung. (lacht) Es stimmt, ich habe die Finger von dem Zeugs gelassen. Möglich, dass das mit einer gewissen deutschen Disziplin zusammenhängt. Ich wollte im Studio meinen Kopf bei der Sache haben. Denn dort war ich der Chef – und wenn du high bist, nimmt dich keiner ernst. Vor allem nicht, wenn du 16 Stunden dort arbeitest.
Bei Milli Vanilli endet es schlimm: Rob Pilatus starb an einer Drogenüberdosis.


Er hatte ein schlimmes Kokainproblem. Fab und Rob stieg der Erfolg in den Kopf. Sie meinten plötzlich, sie könnten selber singen und lebten den Sex, Drugs and Rock'n'Roll-Lifestyle. Bei Rob wars besonders tragisch. Nach einem Entzug lieh ich ihm Geld für Essen. Leider gab er es für Kokain aus. Am nächsten Tag habe ich ihn tot im Hotelzimmer gefunden.
Sie sagten, Milli Vanilli seien immer ein gutes Thema am Zoll. Wie stehts mit Boney M.?

Das stimmt. Wenn ich mit meinen langen Haaren bei den Einwanderungsbehörden angetrabt bin, haben sie mich immer gefragt, was ich so mache. Als Produzent von Milli Vanilli gabs in den USA reichlich Gesprächsstoff. Bei Boney M. sind die Meinungen zum Glück weniger geteilt.

Комментариев нет: