понедельник, 4 февраля 2008 г.

Интервью Фрэнка Фариана







polylog frank farian musik boney m milli vanilli @ www.polylog.tv/videothek
Накануне премьеры мюзикла DADDY COOL в Берлине (26 апреля 2007 года) в германском "WELT ONLINE" опубликовли большое интервью Фариана. Перевод от FFFclub:

КАК ИЗ РОБА И ФАБА ПОЛУЧИЛИСЬ MILLI VANILLI.

Музыкальный продюсер знает как создают хиты. И даже как сделать это без настоящих певцов. Фариан привёл к успеху Boney M. и MILLI VANILLI. В беседе с журналистами он-лайн версии "Die Welt" он рассказывает как живётся обладателю 100-миллионного состояния.

Фрэнк Фариан родился в 1941 году в местечке Kirn an der Nahe (Rheinland-Pfalz). Его настоящее имя Франц Ройтер. С более чем 800 миллионами проданных дисков он является самым успешным музыкальным продюсером Германии. Наряду с Boney M. и MILLI VANILLI Фариан известен также как продюсер LA BOUCHE и NO MERCY. Его самый новый проект - мюзикл "DADDY COOL", который был запущен в сентябре в Лондоне, а теперь Фариан собирается отправиться с ним в мировое турне. Образцом в производстве таких мюзиклов являются QUEEN ("We Will Rock You") и ABBA ("Mamma Mia!").
В Германии "DADDY COOL" празднует премьеру 26 апреля. В нём будут звучать песни от Boney M. до тех же MILLI VANILLI, которые впервые будут действительно исполняться вживую. Фариан планирует гастрольный тур по всему миру. Мюзикл будет демонстрироваться в 12 мобильных театрах.
С продюсером беседуют Торстен Тиссен и Франк Ламбертц.

WELT ONLINE: Господин Фариан, Вы продали более 800 миллионов дисков и считаетесь самым успешным музыкальным продюсером Германии. Вашим первым большим хитом был "Rocky" - песня об отце, который становится вдовцом в момент рождения его маленькой дочери. Оплакивая свою умершую жену он говорит малютке: "Выше голову детка, прижмись ко мне крепче, как-нибудь выживем..."

Farian: Успех "Rocky" был незапланированным. Песня уже была произведена Петером Орлоффом (Peter Orloff) с Берндом Клювером (Bernd Cluver). Однако рекорд-компания сочла это плохим. Просто чего-то не хватало. Тогда я пробовал сделать эту песню с Бэнни (Benny), с которым мы уже выпустили несколько дисков. Но ему было всего лишь 17 лет, и совсем нелепо звучали из его уст слова "Я вспоминаю, когда мне было 18..."

WELT ONLINE: Действительно неловко.

Farian: Поэтому я оставил эту затею и спел сам. К тому моменту у меня было опубликовано 4 или 5 синглов. Компания дала "добро". Когда я напевал эти слова, то был уверен: "теперь ты имеешь хит".

WELT ONLINE: Значит Вы оказались правы.

Farian: Ко второй неделе мы уже имели 100 000 предврительных заказов. Ariola даже не успевала печатать такое количество дисков. Ди-джеи танцзалов писали мне, что люди во время танца вдруг отходили в сторону, чтобы выплакаться.

WELT ONLINE: Фрэнк Фариан тоже плакал ?

Farian: У меня тоже проступали слёзы на глазах, но это были слёзы радости. Уже через 4 недели было продано более миллиона копий. Теперь я имел в своём распоряжении кучу денег.

WELT ONLINE: Деньги, которые Вы теперь могли использовать для своих собственных проектов...

Farian: В те годы я был фанатом чёрной музыки и решил арендовать студию на 8 недель во что бы то ни стало. В результате появился "Baby Do You Wanna Bump ?" (1974 год - ред.) - диско-хит, который попал в британские соул-чарты.

WELT ONLINE: Рождение Boney M...

Farian: Именно. Я пел и фальцетом и глубоким басом а ля Барри Уайт (Barry White). И все потом спрашивали: "Дьявол, кто такие Boney M. ?" Когда голландцы захотели пригласить нас в телешоу Schlagerfuzzi, я понял что Фрэнк Фариан - неподходящая кандидатура для представления этой музыки на телевидении.

WELT ONLINE: Итак, Вы нуждались в ком-то для сценических выступлений...

Farian: Было очевидно что мы должны создать группу. Сингл имел обложку, где была изображена негритянка на фоне американского флага. Это выглядело весьма космополитично. С помощью кастинг-агента мы нашли тогда Лиз Митчелл (Liz Mitchell), привезли Бобби Фаррелла (Bobby Farrell) из Ганновера, Марсию Баррэтт (Marcia Barrett) и Мэйзи Уильямс (Maizie Williams). Мы собрались за столом и я сказал : "Смотрите, мы имеем готовую музыку. Если вы продвините это по телевидению, мы сделаем альбом." Тогда поначалу я имел лишь сингл, где на стороне B был "Daddy Cool".

WELT ONLINE: Неужели ?

Farian: У меня была большая дискотека в Сааре. И там мы испытывали "No Woman No Cry". Мой ди-джей говорил: "Слушай, Фрэнки, ни одна свинья не танцует под это. Но как только я поставил сторону B, людей словно подменили". Несколько спетых мною фраз в сопровождении филадельфийских скрипок сделали "Daddy Cool" стороной A.

WELT ONLINE: И в 1976 году это на 35 недель стало N1 в Германии.

Farian: И также гигантским международным хитом. Мы всегда испытывали наши наработки в сельской местности.

WELT ONLINE: Boney M. были N1 во всём мире, кроме Америки. Почему ?

Farian: Потому что Фариан ненавидит перелёты. А нам пришлось бы туда постоянно летать для раскрутки. Они выложили бы перед нами красную дорожку у трапа. Но я слышал от одного европейского продюсера, что за N1 ему перепало там всего 20 000 долларов. Я мог спокойно заработать такие деньги за 1 песню в каком-нибудь Люксембурге. К тому же я не был большим почитателем Америки. Музыки - да, но не страны как таковой.

WELT ONLINE: Почему же ?

Farian: Это исходит ещё со времён моего детства. Я жил тогда в Кирне, в бедной провинции. Американцы заваливались в городок по пятницам. Пили, буянили. Кода наконец-то приезжала армейская полиция, из-за их разборок мы, дети, не могли уснуть.

WELT ONLINE: И тем неменее Вам пришлось ехать в Америку.

Farian: Из-за Meat Loaf. Я делал с ним альбом, и когда он был закончен, я должен был ехать в США по поводу мастеринга диска.

WELT ONLINE: Во время записи в Германии у вас были какие-то трения...

Farian: Потому что Meat Loaf напрочь опустошал мой холодильник. Он пожирал даже мою любимую еду - тюрингские фрикадельки, которые готовила моя мать. Тогда я расстраивался. Сегодня мы вспоминаем это со смехом.

WELT ONLINE: Про Boney M. все знали что его создал Фариан, он же пел там.

Farian: Мы никогда не делали из этого тайны. Однако были Лиз и Марсия, от тембров голосов которых публика была в восторге. И я всегда говорил, что пою на дисках, а Бобби - танцор.

WELT ONLINE: За это Вас никогда не упрекали. В отличие от MILLI VANILLI.

Farian: Теперь UNIVERSAL экранизирует эту историю. Собственно, я сам хотел продюсировать это. Я был в Голливуде. На Paramount хотели купить у меня права, но я сказал: Фрэнк Фариан не будет ничего продавать.

WELT ONLINE: Покуда не появилась UNIVERSAL ?

Farian: Нет, мы сохраняем за собой права. И UNIVERSAL не сможет обойтись без них. Теперь они договорились и с наследниками умершего Роба и с Фабом.

WELT ONLINE: Фабриса Морвана и Роба Пилатуса до сих пор считают как певцов MILLI VANILLI.

Farian: Однако всё же история началась с меня. Этих двоих поначалу вообще не существовало.

WELT ONLINE: Тогда давайте с самого начала.

Farian: Однажды знакомый DJ приехал ко мне в студию и дал послушать "Girl You Know It's True". Трэк не был чем-то выдающимся. Всё же в конце макси-версии было несколько тактов, в котрых мы услышали зачатки потенциального хита. Я взялся за этот проект, наняв рэппера Чарльза Шо, чёрного исполнителя Брэда Хауэлла, а также сам спел бэк-вокал. Диск был готов. Хороший альбом для дискотек. Всем, однако, было понятно: на сцену мы не выйдем.

WELT ONLINE: Почему ?

Farian: Один был слишком толст и стар для этого, у меня не было никакого желания, а выпускать чёрного рэппера в одиночку также не имело никакого смысла.

WELT ONLINE: И что было дальше ?

Farian: Однажды в дверь моей студии постучали. На пороге стоял мой давний друг Роберт Пилатус. Мы открыли его задолго до этого, увидев как он танцевал в торговом центре. Было также одно моё видео, где он ездил верхом на слоне, изображая бушмена. Теперь Роберт привёл с собой своего друга Фаба. Оба в кожаных куртках, с длинными дрэдами, они выглядили как топ-модели. Они искали работу. Тогда я поставил послушать им "Girl You Know It's True". Оба вполне подходили. И, таким образом, я принял их на работу как танцоров для музыкального видео. О пении никогда не говорилось. По крайней мере я знал о Роберте что петь он вообще не умел.

WELT ONLINE: И как всё-таки они превратились в MILLI VANILLI ?

Farian: Мой лётчик опоздал, поэтому я прибыл на телестудию слишком поздно. Войдя туда, я увидел что Роберт с микрофоном имитировал пение перед камерой, словно он - певец.

WELT ONLINE: И Вы не вмешались ?

Farian: Я не осмелился. Все поздравляли меня с новой большой группой. И тогда я подумал: это моя "фишка", это работает и всем нравится. Но когда им вручали Грэмми, я был единственным, кто не поднялся с кресла. Я знал что теперь это начнётся...Теперь проблемы одолеют нас.

WELT ONLINE: А что Роб и Фаб ?

Farian: Они становились всё круче. Дошло до того, что, например, один из них звонил мне и говорил чтобы я сделал "его" голос громче. Я ответил: "Роберт, это же не твой голос !" Дошло до того, что они даже перестали здороваться с моими людьми.

WELT ONLINE: Что же было дальше ?

Farian: Успех был просто безумный. Они заходят в ресторан, расположенный в лос-анджелесском торговом центре, и тут же вокруг собирается тысячная толпа. Из-за этого там даже закрывались магазины.
После вручения Грэмми у нас была встреча в Нью-Йорке, где интересы обоих уже представлял Джон Бранка. Это адвокат N1 в США. "Адвокат-ковбой", как я его называл из-за сапог. Он хотел выторговать условия относитьельно второго диска, чтобы мальчики прибыли в студию и пели.

WELT ONLINE: Как Вы реагировали ?

Farian: Скзал что им нечего делать в студии. "Они вообще никогда не пели. Я не нуждаюсь в твоих людях, чтобы записать альбом." Я ещё никогда не выражался так резко.

WELT ONLINE: Как реагировал Джон Бранка ?

Farian: Для него это было откровением. Он совсем не понимал что происходит, большой Джон Бранка.

WELT ONLINE: И тогда настала развязка ?

Farian: Я запретил им турне по Америке. Тогда они стали делать это без нас, покуда однажды не "заело" фонограмму и на концерте многократно повторялось "Girl You Know It's...Girl You Know It's...Girl You Know It's...". На этом всё закончилось. Я решил действовать на опережение. Прилетел в Нью-Йорк и дал интервью. Я поклялся больше никогда не делать этого.

WELT ONLINE: Всё же Вы были тем человеком, кто пытался вытащить Роберта Пилатуса из пут наркозависимости, и Вы же видели его на смертном одре. Как это случилось ?

Farian: Однажды Роберт позвонил мне. Он попал в тюрьму в Лос-Анджелесе за битьё машин и наркотики, полностью опустившийся. Я внёс залог в 150 000 долларов и перевёз его в Германию, поместив в клинику для реабилитации. Во время курса лечения он принимал антидипрессанты, которые категорически нельзя было употреблять в сочетании с наркотиками. Роберт умолял меня: "Верни меня в этот бизнес"

WELT ONLINE: Что Вы ему ответили ?

Farian: Он должен был подтянуть свой английский, и тогда можно было бы вполне говорить о его способности исполнять рэп-партии. И Фаб продолжал работать. Тогда мы смогли бы говорить: "вокал Роба и Фаба", добавив кого-то, кто делал бы ведущий вокал, как при раскрутке "Daddy Cool". Это сработало бы. Так я видел шанс вернуть его назад, дать ему снова опору в жизни. Однако до этого он должен был завершить лечение в Rehaklinik после курса реабилитации на Шри-Ланке.

WELT ONLINE: Однако туда он так и не пришёл...

Farian: Вместо этого он пошёл к Франкфуртскому вокзалу, потеряв самообладание. Вечером он приехал в студию, его знобило. Я сказал чтобы он вернулся в отель и как следует выспался. Я даже не мог подумать, что может случиться, так как он не выглядел совсем нездоровым в тот вечер. Но на следующий день я не мог дозвониться к нему в номер в течение 3-х часов.
Мы поехали в отель и вскрыли дверь. Но он уже был мёртв.

WELT ONLINE: Всё же у Вас не было предчувствия что с ним происходит неладное ?

Farian: Да, я дожен был предвидеть это. Я всегда чувствовал себя ответсвенным за него.

WELT ONLINE: Вы всё ещё испытываете угрызения совести из-за этого ?

Farian: Роберт всегда говорил: "Фрэнк - единственный друг, который у меня остался". В конце концов я не был виноват в его смерти. Ещё до MILLI VANILLI он стал баловаться с наркотиками...

WELT ONLINE: Пилатус погубил свою музыкальную карьеру из-за наркотиков. У Вас никогда не было подобных проблем ?

Farian: Я не публичный человек. Я просто вкалываю в студии. Тому кто так напряжённо работает, некогда витать в облаках. Послушайте: моя мать одна тащила на себе троих детей. До 14 лет я испытывал голод. Я просто был обязан подстёгивать себя и постоянно работать, чтобы не голодать. С тех пор это живёт во мне. И я не вижу никакой причины, чтобы расслабляться.

WELT ONLINE: Ваше состояние оценивается более чем в 100 миллионов долларов...

Farian: Доллар - не евро. Но я не имею никаких 100 миллионов на счёте. Я постоянно вкладываю средства в работу, и если я скажу что свободных денег у меня лишь 10-20 миллионов, вы мне вряд ли поверите. Мало кто замечает, насколько это может быть рискованный бизнес. Наоборот, всё это поощряет меня к экономии. Я не должен оказаться там, где уже был однажды.

WELT ONLINE: Конечно такого больше не произойдёт.

Farian: Я надеюсь.

WELT ONLINE: Смотрите ли Вы DSDS (Германия ищет суперзвезду) ?

Farian: Нет, не смотрю. Там нет никаких суперзвёзд. Ни в Америе, ни в Англии также не знают никаих суперзвёзд (DSDS- ред.). Никто в Америке, к примеру, не знает ничего о господине Грюнемайере. И господина Болена для них не существует, потому что у него там не опубликовано ни одного диска, не говоря уже о хите. Однако в той же Америке знают Фрэнка Фариана. А его хиты тем более.

Оригинал интервью Вы можете посмотреть, кликнув на заголовок этой публикации.

2 комментария:

Анонимный комментирует...

Всё очень интересно , спасибо !

FFFclub комментирует...

Пожалуйста. Заходите почаще, потому что дальше будет ещё интереснее )