суббота, 15 ноября 2008 г.

Интервью Фрэнка Фариана для WELT ONLINE



Накануне премьеры мюзикла DADDY COOL в Берлине (26 апреля 2007 года) в германском ресурсе "WELT ONLINE" (сетевая версия газеты "Die Welt") было опубликовано большое интервью Фрэнка Фариана под заголовком "Frank Farians Botschaften für eine gute Welt". Сегодня мы воспроизводим перевод этого текста из форума FFFclub специально для читателей блога новостей. Другие интервью продюсера и их обсуждение смотрите в соответствующем разделе форума (только для зарегистрированных пользователей).


КАК ИЗ РОБА И ФАБА ПОЛУЧИЛИСЬ MILLI VANILLI.

Музыкальный продюсер знает как создают хиты. И даже как сделать это без настоящих певцов. Фариан привёл к успеху Boney M. и MILLI VANILLI. В беседе с журналистами он-лайн версии "Die Welt" он рассказывает как живётся обладателю 100-миллионного состояния.

Фрэнк Фариан родился в 1941 году в местечке Kirn an der Nahe (Rheinland-Pfalz). Его настоящее имя Франц Ройтер. С более чем 800 миллионами проданных дисков он является самым успешным музыкальным продюсером Германии. Наряду с Boney M. и MILLI VANILLI Фариан известен также как продюсер LA BOUCHE и NO MERCY. Его самый новый проект - мюзикл "DADDY COOL", который был запущен в сентябре в Лондоне, а теперь Фариан собирается отправиться с ним в мировое турне. Образцом в производстве таких мюзиклов являются QUEEN ("We Will Rock You") и ABBA ("Mamma Mia!").
В Германии "DADDY COOL" празднует премьеру 26 апреля. В нём будут звучать песни от Boney M. до тех же MILLI VANILLI, которые впервые будут действительно исполняться вживую. Фариан планирует гастрольный тур по всему миру. Мюзикл будет демонстрироваться в 12 мобильных театрах.
С продюсером беседуют Торстен Тиссен и Франк Ламбертц.

WELT ONLINE: Господин Фариан, Вы продали более 800 миллионов дисков и считаетесь самым успешным музыкальным продюсером Германии. Вашим первым большим хитом был "Rocky" - песня об отце, который становится вдовцом в момент рождения его маленькой дочери. Оплакивая свою умершую жену он говорит малютке: "Выше голову детка, прижмись ко мне крепче, как-нибудь выживем..."

Farian: Успех "Rocky" был незапланированным. Песня уже была произведена Петером Орлоффом (Peter Orloff) с Берндом Клювером (Bernd Cluver). Однако рекорд-компания сочла это плохим. Просто чего-то не хватало. Тогда я пробовал сделать эту песню с Бэнни (Benny), с которым мы уже выпустили несколько дисков. Но ему было всего лишь 17 лет, и совсем нелепо звучали из его уст слова "Я вспоминаю, когда мне было 18..."

WELT ONLINE: Действительно неловко.

Farian: Поэтому я оставил эту затею и спел сам. К тому моменту у меня было опубликовано 4 или 5 синглов. Компания дала "добро". Когда я напевал эти слова, то был уверен: "теперь ты имеешь хит".

WELT ONLINE: Значит Вы оказались правы.

Farian: Ко второй неделе мы уже имели 100 000 предварительных заказов. Ariola даже не успевала печатать такое количество дисков. Ди-джеи танцзалов писали мне, что люди во время танца вдруг отходили в сторону, чтобы выплакаться.

WELT ONLINE: Фрэнк Фариан тоже плакал ?

Farian: У меня тоже проступали слёзы на глазах, но это были слёзы радости. Уже через 4 недели было продано более миллиона копий. Теперь я имел в своём распоряжении кучу денег.

WELT ONLINE: Деньги, которые Вы могли использовать для своих собственных проектов...

Farian: В те годы я был фанатом чёрной музыки и решил арендовать студию на 8 недель во что бы то ни стало. В результате появился "Baby Do You Wanna Bump ?" (1974 год - ред.) - диско-хит, который попал в британские соул-чарты.

WELT ONLINE: Рождение Boney M...

Farian: Именно. Я пел и фальцетом и глубоким басом а ля Барри Уайт (Barry White). И все потом спрашивали: "Дьявол, кто такие Boney M. ?" Когда голландцы захотели пригласить нас в телешоу Schlagerfuzzi, я понял что Фрэнк Фариан - неподходящая кандидатура для представления этой музыки на телевидении.

WELT ONLINE: Итак, Вы нуждались в ком-то для сценических выступлений...

Farian: Было очевидно что мы должны создать группу. Сингл имел обложку, где была изображена негритянка на фоне американского флага. Это выглядело весьма космополитично. С помощью кастинг-агента мы нашли тогда Лиз Митчелл (Liz Mitchell), привезли Бобби Фаррелла (Bobby Farrell) из Ганновера, Марсию Баррэтт (Marcia Barrett) и Мэйзи Уильямс (Maizie Williams). Мы собрались за столом и я сказал : "Смотрите, мы имеем готовую музыку. Если вы продвините это по телевидению, мы сделаем альбом." Тогда поначалу я имел лишь сингл, где на стороне B был "Daddy Cool".

WELT ONLINE: Неужели ?

Farian: У меня была большая дискотека в Сааре. И там мы испытывали "No Woman No Cry". Мой ди-джей говорил: "Слушай, Фрэнки, ни одна свинья не танцует под это. Но как только я поставил сторону B, людей словно подменили". Несколько спетых мною фраз в сопровождении филадельфийских скрипок сделали "Daddy Cool" стороной A.

WELT ONLINE: И в 1976 году это на 35 недель стало N1 в Германии.

Farian: И также гигантским международным хитом. Мы всегда испытывали наши наработки в провинции.

WELT ONLINE: Boney M. были N1 во всём мире, кроме США. Почему ?

Farian: Потому что Фариан ненавидит перелёты. А нам пришлось бы туда постоянно летать для раскрутки. Они выложили бы перед нами красную дорожку у трапа. Но я слышал от одного европейского продюсера, что за N1 ему перепало там всего 20 000 долларов. Я мог спокойно заработать такие деньги за 1 песню в каком-нибудь Люксембурге. К тому же я не был большим почитателем Америки. Музыки - да, но не страны как таковой.

WELT ONLINE: Почему же ?

Farian: Это исходит ещё со времён моего детства. Я жил тогда в Кирне, в бедной провинции. Американцы заваливались в городок по пятницам. Пили, буянили. Когда, наконец-то, приезжала армейская полиция, из-за их разборок мы, дети, не могли уснуть.

WELT ONLINE: И тем неменее Вам пришлось ехать в Америку.

Farian: Из-за Meat Loaf. Я делал с ним альбом, и когда он был закончен, я должен был ехать в США по поводу мастеринга диска.

WELT ONLINE: Во время записи в Германии у вас были какие-то трения...

Farian: Потому что Meat Loaf напрочь опустошал мой холодильник. Он пожирал даже мою любимую еду - тюрингские фрикадельки, которые готовила моя мать. Тогда я расстраивался. Сегодня мы вспоминаем это со смехом.

WELT ONLINE: Про Boney M. все знали что его создал Фариан, он же пел там.

Farian: Мы никогда не делали из этого тайны. Однако были Лиз и Марсия, от тембров голосов которых публика была в восторге. И я всегда говорил, что пою на дисках, а Бобби - танцор.

WELT ONLINE: За это Вас никогда не упрекали. В отличие от MILLI VANILLI.

Farian: Теперь UNIVERSAL экранизирует эту историю. Собственно, я сам собирался взяться за продюсирование. Я был в Голливуде. На Paramount у меня хотели выкупить права, но я сказал: Фрэнк Фариан не будет ничего продавать.

WELT ONLINE: Покуда не появилась UNIVERSAL ?

Farian: Нет, мы сохраняем права за собой. И UNIVERSAL не сможет обойтись без этого. Теперь они договорились и с распорядителями наследства умершего Роба и с Фабом.

WELT ONLINE: Фабриса Морвана и Роба Пилатуса до сих пор считают как певцов MILLI VANILLI.

Farian: Однако всё же история началась с меня. Этих двоих поначалу вообще не существовало.

WELT ONLINE: Тогда давайте с самого начала.

Farian: Однажды знакомый DJ приехал ко мне в студию и дал послушать "Girl You Know It's True". Трэк не был чем-то выдающимся. Всё же в конце макси-версии было несколько тактов, в которых мы услышали зачатки потенциального хита. Я взялся за этот проект, наняв рэппера Чарльза Шо, чёрного исполнителя Брэда Хауэлла, а также сам спел бэк-вокал. Диск был готов. Хороший альбом для дискотек. Всем, однако, было понятно: на сцену мы не выйдем.

WELT ONLINE: Почему ?

Farian: Один был слишком толст и стар для этого, у меня не было никакого желания, а выпускать чёрного рэппера в одиночку также не имело смысла.

WELT ONLINE: И что было дальше ?

Farian: Однажды в дверь моей студии постучали. На пороге стоял мой давний друг Роберт Пилатус. Мы открыли его задолго до этого, увидев как он танцевал в торговом центре. Было также одно моё видео, где он ездил верхом на слоне, изображая бушмена. Теперь Роберт привёл с собой своего друга Фаба. Оба в кожаных куртках, с длинными дрэдами, они выглядели как топ-модели. Они искали работу. Тогда я поставил послушать им "Girl You Know It's True". Оба вполне подходили. И, таким образом, я принял их на работу как танцоров для музыкального видео. О пении никогда не говорилось. По крайней мере я знал о Роберте что петь он вообще не умел.

WELT ONLINE: И как всё-таки они превратились в MILLI VANILLI ?

Farian: Мой лётчик опоздал, поэтому я прибыл на телестудию слишком поздно. Войдя туда, я увидел что Роберт с микрофоном имитировал пение перед камерой, словно он - певец.

WELT ONLINE: И Вы не вмешались ?

Farian: Я не осмелился. Все поздравляли меня с новой большой группой. И тогда я подумал: это моя "фишка", это работает и всем нравится. Но когда им вручали Grammy, я был единственным, кто не поднялся с кресла. Я знал что теперь это начнётся...Теперь проблемы одолеют нас.

WELT ONLINE: А что Роб и Фаб ?

Farian: Они становились всё круче. Например, один из них звонил мне и говорил чтобы я сделал "его" голос громче. Я ответил: "Роберт, это же не твой голос !" Дошло до того, что они даже перестали здороваться с моими людьми.

WELT ONLINE: Что же было дальше ?

Farian: Успех был просто безумный. Они заходят в ресторан, расположенный в лос-анджелесском торговом центре, и тут же вокруг собирается тысячная толпа. Из-за этого там даже закрывались магазины.
После вручения Grammy у нас была встреча в Нью-Йорке, где интересы обоих уже представлял Джон Бранка. Это адвокат N1 в США. "Адвокат-ковбой", как я его называл из-за сапог. Он хотел выторговать условия относительно второго диска, чтобы мальчики прибыли в студию и пели.

WELT ONLINE: Как Вы реагировали ?

Farian: Сказал что им нечего делать в студии. "Они вообще никогда не пели. Я не нуждаюсь в твоих людях, чтобы записать альбом." Я ещё никогда не выражался так резко.

WELT ONLINE: Как реагировал Джон Бранка ?

Farian: Для него это было откровением. Он совсем не понимал что происходит, большой Джон Бранка.

WELT ONLINE: И тогда настала развязка ?

Farian: Я запретил им турне по Америке. Тогда они стали делать это без нас, покуда однажды не "заело" фонограмму и на концерте многократно повторялось "Girl You Know It's...Girl You Know It's...Girl You Know It's...". На этом всё закончилось. Я решил действовать на опережение. Прилетел в Нью-Йорк и дал интервью. Я поклялся больше никогда не делать этого.

WELT ONLINE: Всё же Вы были тем человеком, кто пытался вытащить Роберта Пилатуса из пут наркозависимости, и Вы же видели его на смертном одре. Как это случилось ?

Farian: Однажды Роберт позвонил мне. Он попал в тюрьму в Лос-Анджелесе за битьё машин и наркотики, полностью опустившийся. Я внёс залог в 150 000 долларов и перевёз его в Германию, поместив в клинику для реабилитации. Во время курса лечения он принимал антидепрессанты, которые категорически нельзя было употреблять в сочетании с алкоголем. Роберт умолял меня: "Верни меня в этот бизнес"

WELT ONLINE: Что Вы ему ответили ?

Farian: Он должен был подтянуть свой английский, и тогда можно было бы вполне говорить о его способности исполнять рэп-партии. И Фаб продолжал работать. Тогда мы смогли бы говорить: "вокал Роба и Фаба", добавив кого-то, кто делал бы ведущий вокал, как при раскрутке "Daddy Cool". Это сработало бы. Так я видел шанс вернуть его назад, дать ему снова опору в жизни. Однако до этого он должен был завершить лечение в Rehaklinik после курса реабилитации на Шри-Ланке.

WELT ONLINE: Однако туда он так и не пришёл...

Farian: Вместо этого он отправился к Франкфуртскому вокзалу, потеряв самообладание. Вечером он приехал в студию, его знобило. Я сказал чтобы он вернулся в отель и как следует выспался. Я даже не мог подумать, что может случиться, так как он не выглядел совсем нездоровым в тот вечер. Но на следующий день я не мог дозвониться к нему в номер в течение 3-х часов. Мы поехали в отель и вскрыли дверь. Но он уже был мёртв.

WELT ONLINE: Всё же у Вас не было предчувствия что с ним происходит неладное ?

Farian: Да, я дожен был предвидеть это. Я всегда чувствовал себя ответственным за него.

WELT ONLINE: Вы всё ещё испытываете угрызения совести из-за этого ?

Farian: Роберт всегда говорил: "Фрэнк - единственный друг, который у меня остался". В конце концов я не был виноват в его смерти. Ещё до MILLI VANILLI он стал баловаться с наркотиками...

WELT ONLINE: Пилатус погубил свою музыкальную карьеру из-за наркотиков. У Вас никогда не было подобных проблем ?

Farian: Я не публичный человек. Я просто вкалываю в студии. Тому кто так напряжённо работает, некогда витать в облаках. Послушайте, моя мать одна тащила на себе троих детей. До 14 лет я испытывал голод. Я просто был обязан подстёгивать себя и постоянно работать, чтобы не голодать. С тех пор это живёт во мне. И я не вижу никакой причины, чтобы расслабляться.

WELT ONLINE: Ваше состояние оценивается более чем в 100 миллионов долларов...

Farian: Доллар - не евро. Но я не имею никаких 100 миллионов на счёте. Я постоянно вкладываю средства в работу, и если я скажу что свободных денег у меня лишь 10-20 миллионов, вы мне вряд ли поверите. Мало кто замечает, насколько это может быть рискованный бизнес. Наоборот, всё это поощряет меня к экономии. Я не должен оказаться там, где уже был однажды.

WELT ONLINE: Конечно такого больше не произойдёт.

Farian: Я надеюсь.

WELT ONLINE: Смотрите ли Вы DSDS (популярное шоу "Германия ищет суперзвезду", аналог "American Idol"-ред.) ?

Farian: Нет, не смотрю. Там нет никаких суперзвёзд. Ни в США, ни в Англии также не знают никаких суперзвёзд (DSDS- ред.). Никто в Америке, к примеру, не знает ничего о господине Грюнемайере. И господина Болена для них не существует, потому что у него там не опубликовано ни одного диска, не говоря уже о хите. Однако в той же Америке знают Фрэнка Фариана. А его хиты тем более.


фото: Фрэнк Фариан и артисты мюзикла DADDY COOL

видео: фрагмент документального фильма "Фрэнк Фариан: история успеха" (ZDF, 1994)

Комментариев нет: